СЕКРЕТЫ ДОКТОРА ТАРАСОВА

ЭТО была обычная питерская семья. Такие же, как у всех, заботы, радости и печали. И вдруг, как удар молнии, тяжелая болезнь жены. Больница. Операция. Поздно вечером хирург сказал ее мужу: "У вашей жены опухоль с метастазами. Мы разрезали, увидели и зашили. Ей осталось жить всего несколько месяцев. Крепитесь".

ДАЛЬШЕ была стена отказов: "Поздно..." Ни один хирург не оставлял даже капельки надежды. Весенние дни пролетали быстро. Но кто ищет - тот найдет. Услышали о каком-то Тарасове. Нашли его. И самое удивительное, Тарасов сказал: "Да, попробуем". Но сомнения все же были. Рисковали оба: один - угасающей жизнью своей любимой жены, другой - своим дорогим именем: доктор наук, профессор, завкафедрой, главный хирург 26-й горбольницы, член Европейской ассоциации кардиоторакальных хирургов. Это тебе не шарлатан-одиночка. Хотя и в Питере, и в Москве онкоспецы сказали: "Чудес не бывает".

Почему же Тарасов не отвернулся от Виктора и Натальи?

Секрет первый. Пока жив человек, всегда есть надежда. И за нее стоит побороться. 

...Перед операцией Наталья понимала, насколько тонка нить, связывающая ее с жизнью. Как на Бога смотрела на Тарасова и не могла представить, откуда у этого милого человека найдется столько мастерства и отваги, чтобы сразиться за нее с самой Смертью.

Секрет второй. Чаще всего хирурги узкоспециализированны. Один умеет делать резекцию желудка, другой - почек. А для операции на легких нужен третий. Да и как их все выдержит больной? Поэтому человек с четвертой стадией рака, по сути дела, обречен.

Тарасов много лет работал в Военно-медицинской академии, был главным хирургом Ленинградской военно-морской базы, а потом главным хирургом Клинического госпиталя им. Бурденко. И приходилось ему оперировать во всех "регионах" тела. Всюду он свой.

...Шестичасовая операция позади. Удалены опухоль кишки и правая доля печени с метастазами. Состояние Натальи тяжелое. 

Секрет третий. Редко когда тяжелобольной "отделывается" у Тарасова одной операцией. Бывают у профессора и неудачи. Когда к нему поступает больной с буквально на глазах растущей опухолью, он практически не успевает ее убрать. То есть убрать-то он может, но если делать это в один прием, то человек не выживет. В таких случаях необходимо несколько операций. Правда, однажды привезли 18-летнюю Машу с раковой опухолью. Виктор Алексеевич в один прием убрал и саму опухоль, и все 84 метастазы из легких. Девушка выжила! Это был рекорд Тарасова.

Но вернемся к нашей больной. Состояние ее остается тяжелым. Конец, по ощущению Натальи, уже близок. Она не верит Тарасову и молит Бога об одном: только бы ей дотянуть еще чуть-чуть до дней рождения детей - Ильи и Кати, которым скоро - летом - исполняется 16 и 18 лет. Только бы не омрачить им эти дни своей кончиной.

Секрет четвертый.

- Когда у больных после операции снова возникают метастазы, - рассказывает Тарасов, - все, кроме нас, считают, что бороться бессмысленно. У нас тоже так было. Отпустим человека после операции, а через месяц-два у него из "микро" появляются "нормальные" метастазы. Об этом знают хирурги и не берутся за зряшную работу. 

Мы же снова берем человека на операцию, снова убираем новые метастазы и снова проводим свой комплекс лечения.

Все это вынесла и наша Наташа. После очередной операции - удаления аппендицита - Наташа прошептала: "Зачем вы меня мучаете? Скорей бы конец..." У матери и мужа, дежуривших у ее постели, надежда на выздоровление таяла.

- Главная моя цель, - считает доктор, - затормозить рост опухоли. Потом я смогу хирургическим путем убрать ее и последующие опухоли. А микрометастазы остаются как после опухоли первой стадии, так и после четвертой. Но разница между ними есть: метастаз, который виден, уже научился преодолевать сопротивление человеческого организма, а микрометастаз в первой стадии еще не умеет. Новичок, словом.

Секрет пятый. Общепринято, что химиотерапия убивает микрометастазы. Учитывая, что после операции больной еле живой (еле-еле-еле - в случае с Наташей), то химия может скорее добить его самого, чем его микрометастазы. Как же тут быть? 

Тарасов пошел своим путем. Тяжелому больному он делает иммунотерапию, активизирует "теклеточный" и противоопухолевый иммунитет. Как только больной чуть-чуть "нормализуется" по жизненным показателям, по нему проводит химиотерапию. "Сбился" с нормы - снова иммунотерапию. И так - несколько раз. Причем в отличие от других клиник вся эта борьба длится в стационаре.

...Дни рождения детей Наталья - не поверите! - провела дома: на время отпустили из больницы. Сквозь боль, но с радостью, что живая, с огромной нежностью смотрела на повзрослевшие лица детей. Она не знала, когда выздоровеет, но уже верила, что когда-то это произойдет.

- У нас из 100 неоперабельных больных 70 выживают, - говорит Тарасов. - Мой девиз: драться за больного, не опускать руки ни при каком условии. Одной нашей кафедрой в Медицинской академии это сделать невозможно. Поэтому три года назад я собрал семинар из ученых Санкт-Петербурга. Туда входят специалисты из Военно-медицинской академии, из институтов: Пастера, цитологии, гриппа, из 1-го медицинского, из университета и т. д. Мы работаем в содружестве с московским онкоцентром. Там есть институт клинической онкологии, который возглавляет мой друг потрясающий хирург Михаил Иванович Давыдов. У него созданы своя школа и интереснейшие методики лечения.

...Поздней осенью похудевшую на 15 кг Наташу отпустили домой. Ехала, смотрела в окно и видела окружающую жизнь - людей, деревья, магазины, дома, машины, суету вокруг всего этого - совсем-совсем другими глазами. И я надеюсь, вы знаете почему.

Наталья ЖЕЛНОРОВА