СЧАСТЛИВЫМ ЧЕЛОВЕКОМ ЕГО СДЕЛАЛ ГОСПОДЬ
Алексея Пузакова можно назвать регентом с большой буквы, регентом по призванию. Руководитель возрожденного им Синодального хора, он воплощает живую связь веков и поколений музыкантов, которые отдавали свои силы на служение Церкви. В самой его манере говорить сквозит нечто несовременное в хорошем смысле слова, что-то, что напоминает о прежней московской интеллигенции, дореволюционном укладе жизни. 

Мы встретились с Алексеем Александровичем в храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке. 

- Алексей Александрович, расскажите, пожалуйста, как вы пришли к вере? Кто наиболее повлиял на вас в плане личностного становления?
- Главными наставниками в жизни для меня были мой отец, мама, ныне покойные, и митрополит Иларион, с которым мы знакомы вот уже 30 лет, с тех пор, как я переступил порог этого храма. Он всегда делился со мной и опытом своей христианской жизни, и духовной литературой, и музыкальными знаниями. Это общение продолжается и по сегодняшний день; он для меня является примером жизни и деятельности в Церкви. 

В храме «Всех скорбящих Радость» я начал трудиться при архиепископе Киприане (Зернове), после его смерти я еще какое-то время здесь работал. Примерно в 1987 году владыка Иларион уехал послушником в Свято-Духов монастырь в Вильнюсе. Из этого храма последовал за ним и я. А сейчас я сюда вернулся, когда он стал епископом, затем архиепископом и потом митрополитом. 

Но до этого я работал регентом на Ваганьково, в Николо-Кузнецах, потом 15 лет руководил хором в храме святителя Николая при Третьяковской галерее. Однако храм в честь иконы Божией матери «Всех скорбящих Радость» остается для меня альма-матер, где я крестился, получил первый опыт христианской жизни, основы профессии. 

- Расскажите, кем были ваши родители. Как вы можете определить то главное, чему они вас научили?
- Мама окончила филфак МГУ и работала корректором, а папа – Институт иностранных языков и работал переводчиком в одном НИИ. Они были людьми скромными, но очень талантливыми, прекрасно пели. Отец был человеком, который привел меня в церковь, благодаря ему я крестился в 16 лет. 

Главное, чему научили меня родители, — это любви к природе, к музыке, к искусству. Они с детства водили меня на концерты классической музыки, возили в путешествия, мы посещали храмы, монастыри. Многие из них были тогда закрыты, но это для меня было интересно, захватывающе. Мама была человеком очень добрым. Она была для меня примером доброты в отношениях, открытости, простоты, которых нам сейчас так не хватает. Отец прошел путь поиска истины в зрелом возрасте, как и многие его ровесники в ту эпоху. Он пришел к православию и привел в храм меня. Всем, что есть во мне хорошего, и своей профессией и тому, что я нахожусь в церкви, я обязан им. 

- Вашим родителям в советскую эпоху жилось лучше, чем вам?
- В те годы была определенная стабильность, все умели жить по средствам и этой жизнью были вполне довольны. Сейчас у людей несравнимо больше возможностей для самореализации, но одновременно нет стабильности. При этом мы имеем перед глазами примеры роскошной жизни, которые провоцируют многих жить не по средствам.
Каждое время требует приносить жертвы для достижения той или иной цели. В советскую эпоху люди нередко шли на компромисс с совестью, сейчас они идут на компромиссы другого рода. Поэтому я не могу сказать, что сейчас хуже или лучше. В наше время все просто по-другому. Хотя используя возможности этого времени и прежде всего свободу в искусстве, можно сделать очень многое. 

- С какого возраста управляете хором?
- Я регентую с 18 лет, то есть с 1984 года, учился я всему в храме «Всех скорбящих радость» на Ордынке. Своим главным учителем считаю Николая Васильевича Матвеева. Хотя он непосредственно со мной не занимался, я сформировался как музыкант, как церковный регент под влиянием его творчества. 

- Таким образом, специального регентского образования вы не получили?
- В те годы специальное образование церковным дирижерам давалось в Троице-Сергиевой Лавре, где были регентские курсы, но их как раз основал Матвеев, у которого я учился. При этом в храме «Всех скорбящих Радость» я нес свои послушания, ежедневно присутствовал на богослужениях, работал алтарником, иподиаконом у Высокопреосвященнейшего архиепископа Киприана, который и благословил меня регентовать левым хором в этом храме в 80-е годы. 

- Как вы воспринимали работу регента в начале пути и какой вы видите ее сейчас? Что изменилось в вашем восприятии?
- У меня в творческом плане судьба счастливая. Я, как в 16 лет нашел то, что мне интересно, так и занимаюсь этим до сих пор. У меня ни разу не возникало желания искать что-то иное.
Работа с хором и работа в церкви настолько многогранны, что заполняют всю жизнь и дают бесконечные возможности для поиска и в репертуаре, и в исполнительских средствах. Это происходит потому, что богослужение не есть что-то формальное. Это наше живое приношение к престолу Божию, которое созвучно сегодняшнему дню, сегодняшнему времени. И должно быть созвучно. 

Несмотря на запрет, который был наложен на церковное искусство в советское время, люди моего поколения застали мастеров, помнивших Синодальный хор. Синодальный хор в разные исторические периоды был разным. Вначале он был только мужским, потом в хоре начали петь мальчики. Теперь партии верхних голосов исполняют женщины, так как иметь сегодня в храме профессиональный хор с участием мальчиков невозможно, в виду того что образование отделено от Церкви. Поэтому структура хора меняется с течением времени. 

Сейчас аналога Синодальному хору нет. Есть очень хороший хор храма Христа Спасителя, но это коллектив в котором 30-40 человек. А для того, чтобы исполнять на уровне замысла музыку Рахманинова, Голованова, Свиридова 40 человек недостаточно. 

- Не было ли у вас мысли о том, чтобы уехать, ведь хорошие дирижеры и регенты очень востребованы за рубежом?
- Вспоминая свою работу в Литве, должен сказать, что на западе средняя музыкальная культура зачастую выше, чем в России. Когда я участвовал в духовно-музыкальных проектах в Норвегии и Латвии, меня порадовало как певцы чисто интонируют, читают с листа, сливаются в ансамбль. В Вильнюсе я также прошел хорошую школу. Хор там был хорошо спет, знал репертуар и мне не надо было их учить — я мог учиться сам и «набивать руку» в дирижерской технике. 

При этом остаться навсегда за рубежом мне никогда не хотелось, так как я очень люблю Москву. Я здесь родился, в этом храме под влиянием церковного искусства и под руководством архиепископа Киприана я обрел православную веру и крестился. Это все для меня очень дорого, и менять место жительства или профессию мне никогда не хотелось. 

Я не сторонник сравнений, так как у каждого народа есть своя душа и свое призвание. Русская вокальная природа богаче, однако навыка сливаться в ансамбли нам не хватает, все чувствуют себя солистами. Мы слаженно умеем совершать подвиги, а в повседневной жизни нередко бываем похожи на персонажей басни Крылова «Лебедь, рак и щука». 

- Чем является для вас семья?
- Семья – это то, с чем ты живешь, что тебя радует, что тебя поддерживает. Это мир, частью которого я являюсь.
 
- Расскажите, как вы познакомились с вашей будущей супругой?
- Мы познакомились в храме. Задолго до того, как у нас родилась семья, я был регентом, а Елена – певчей. Это было в Николо-Кузнецком храме, где я регентовал после того, как работал в храме на Ваганьково. Вот уже около 10 лет, как мы женаты. У нас есть дочка, она учится в ЦМШ по специальности фортепиано. Уже начинает подпевать, ей сейчас 8 лет.
У меня есть старший сын, который также поет в моем хоре. Он пошел служить в армию, где служит в оркестре Минобороны в Москве. Его зовут Дмитрий, а дочь – Евфросиния. 

- Есть ли у вас в жизни мечта, которая еще не исполнилась?
- Есть, конечно. Сейчас главное – это обретение Синодальным хором материальной стабильности, так как у нас хороший коллектив, хорошие человеческие взаимоотношения внутри него, и я очень дорожу всеми певчими. 

- Можете ли вы назвать себя счастливым человеком?
- Могу, потому что у меня есть любимая работа, любимая семья и я всегда чувствовал на себе Божественное промышление. Мне никогда не приходилось лбом пробивать стены, всегда Господь посылал нужных людей и необходимые средства для реализации моих проектов. 

Беседовала Марина Глазкова

Комментарии наших читателей

Добавить комментарий

Ваше имя:
Сообщение:
Отправить

Март 2012

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Книгу Владимира из пос.Михнево 

"ТЫ ОТКРОВЕНИЯ УСЛЫШИШЬ ИЗ ПОТАЕННОЙ ГЛУБИНЫ"  

Дом-Усадьба Юрия Никулина открывает свои двери! 

 

Если вы хотите оказать нам помощь в развитии сайта и нашей благотворительной деятельности - разместите наш баннер на вашей страничке!




Органайзер доброго человека

Вывезти на свежий воздух и весеннюю прогулку свою семью.
Пригласить в гости старого друга.
Позвонить маме и отцу.
Отдать книги, диски и игрушки многодетной семье.
Помочь безработному соседу устроиться на работу.
Поговорить о жизни с сыном.
Оплатить (хоть раз в год) квартиру бедного родственника.
Подарить жене цветы.
Подумать о своем здоровье.
Отдать давние долги.
Покормить птиц и бездомных собак.
Посочувствовать обиженному сослуживцу.
Поблагодарить дворника за уборку.
Завести дневник для записи своих умных мыслей.
Купить диск с хорошим добрым фильмом.
Позвонить своей любимой учительнице.
Поближе познакомиться с соседями.
Помолиться об умерших родных и друзьях.
Пожелать миру мира и любви!