ИНТЕРЬЕР И БЫТ МОСКОВСКИХ КВАРТИР МЕНЯЛСЯ НА НАШИХ ГЛАЗАХ
Москва меняется. Разглядывая «богатый» новодел и массовую застройку, москвичи уже привычно говорят «понастроили!» с интонацией, с которой некоторые говорят «понаехали!». А что происходит за столичными фасадами? Как меняется типичная московская квартира? Ольга Федянина беседует с Наташей Барбье, главным редактором журнала «Мезонин».

Старые книги уходят из квартир

— Представьте себе, что в книге, которую вы читаете, написано что-то вроде «наш герой жил в типичной московской квартире». Какая картина рисуется вашему воображению?

— Если роман современный, то я просто теряюсь в догадках, что автор имел в виду. Типичных московских квартир нет уже очень давно. Вот если вы скажете хотя бы «типичная московская профессорская квартира», сразу возникает образ. Старый доходный дом, много комнат, может быть смежных, книги до потолка. Вообще подозреваю, что когда говорят «московская квартира», скорее всего, подразумевают квартиры профессоров Московского университета или буржуазные квартиры начала века. Потому что потом происходит грандиозный обрыв, и никаких московских квартир после этого уже нет.

— Ну кое-где они еще остались. И для многих действительно до сих пор являются образцом для подражания.
— Я и свою собственную квартиру много лет назад делала как московскую профессорскую квартиру, потому что мой дед был деканом истфака, только не в Москве, а в Саратове. Для меня естественна эта стилистика: пусть небольшие комнаты, но уютные, в каждой есть уголок, где можно книжку почитать Видите, я опять говорю про книги — меня очень расстраивает то, что они практически исчезли из интерьеров.

Когда в журнале попадается реальный, не выставочный интерьер, в котором есть полки с книгами, я, во-первых, стараюсь увеличить картинку и посмотреть, что там у людей стоит, а во-вторых, страшно радуюсь! Старые книги уходят из московских квартир (да и из квартир вообще, во всем мире). А старые картинки, старые фотографии из них ушли уже давно.

— Мне кажется, семейные фотографии раньше на стенах висели почти везде.

— Вовсе нет. У физиков и лириков в 60-е висели Хемингуэй или Эйнштейн. Семейные фотографии — прекрасная буржуазная черта, а у нас буржуазность, в лучшем ее смысле, вымыта. А вместе с нею и традиция семейных фотографий и бабушкиных салфеток.
Материальная культура была сожжена, распилена и выкинута

— А может, ее и не было никогда?
— Конечно, была. Если оставить в стороне экономические и политические последствия 1917 года, то первым делом нужно констатировать катастрофу бытовой сферы. Материальная культура была сожжена, распилена и выкинута. Русской антикварной мебели почти не осталось. Когда люди сегодня обставляют квартиру антикварной мебелью, «как у бабушки» и «как у прадедушки», то это, во-первых, не их мебель. А во-вторых, она скорее всего и не русская, а привезенная из Европы.
Здесь все сгорело. Не в метафизическом смысле, а реально сожжено в печках в тяжелое время. Революция, Гражданская война, потом еще одна война — они съели весь наш бытовой слой. А как нас всех мотало! Кого-то по стране, а кого-то просто по лагерям. А то, что случайно уцелело и дожило до 60-х, было выкинуто на помойку, потому что 60-е принесли новую тенденцию, новый стиль жизни.

— Что же это за национальная особенность такая: что не сожжем, то выкинем?

— Ну как раз в 60-е годы мы действовали точно так же, как вся Европа.

— Несмотря на железный занавес?
— Большие стили проходят волнами по всему миру, они есть всюду, где существует хоть какой-то контакт с цивилизацией. Конечно, мебель у нас в 60-х была немножко другая, не было дизайнерских вещей, но к нам шли бледные копии из Восточной Европы. Кстати, теперь 60-е опять в моде, все эти легкие стулья, треугольные столики, гнутые торшеры а-ля Акилле Кастильони. А в свое время все это тоже выкидывали, потому что пришла следующая мода — полированная темная мебель. И у нас она тоже появилась. Ну а потом настало самое неинтересное для России в смысле дизайна время — 80-е.

— И все же московская квартира, московский интерьер существуют.
— Если мы говорим об интерьере, имеющем хоть какую-то выразительность, а не просто подряд о жилье миллионов людей, живущих в Москве, то сегодня типичный московский интерьер — это своя версия журнальной картинки. Что за версия — зависит от финансовых возможностей людей, а еще больше от того, что у них в мозгах.

Ольга Федянина

Комментарии наших читателей

Добавить комментарий

Ваше имя:
Сообщение:
Отправить

Сентябрь 2013

Специальное предложение

Юлия Маева "Мудрость любви"

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Книгу Владимира из пос.Михнево 

"ТЫ ОТКРОВЕНИЯ УСЛЫШИШЬ ИЗ ПОТАЕННОЙ ГЛУБИНЫ"  

Дом-Усадьба Юрия Никулина открывает свои двери! 

 

Если вы хотите оказать нам помощь в развитии сайта и нашей благотворительной деятельности - разместите наш баннер на вашей страничке!




Органайзер доброго человека

Вывезти на свежий воздух и весеннюю прогулку свою семью.
Пригласить в гости старого друга.
Позвонить маме и отцу.
Отдать книги, диски и игрушки многодетной семье.
Помочь безработному соседу устроиться на работу.
Поговорить о жизни с сыном.
Оплатить (хоть раз в год) квартиру бедного родственника.
Подарить жене цветы.
Подумать о своем здоровье.
Отдать давние долги.
Покормить птиц и бездомных собак.
Посочувствовать обиженному сослуживцу.
Поблагодарить дворника за уборку.
Завести дневник для записи своих умных мыслей.
Купить диск с хорошим добрым фильмом.
Позвонить своей любимой учительнице.
Поближе познакомиться с соседями.
Помолиться об умерших родных и друзьях.
Пожелать миру мира и любви!