МЫ ВЕРИМ В ЧУДО И ДРУГ В ДРУГА!


Алексей Курманаевский говорит, что когда ты улыбаешься миру, он отвечает тебе взаимностью. Леша улыбается миру до ушей. Как говорит его жена Маша, “прямо Чеширский кот”. У него все хорошо — семья, двое детей, любимая работа и огромная любовь. А, и еще стаж наркозависимости 15 лет, ВИЧ, гепатит С, четыре судимости, около 20 неудачных попыток лечения. Последняя была месяц назад. Казалось бы — чего тут улыбаться?


— Можно думать о наркоманах, как все, — говорит Маша. — В социуме полно шаблонов. А можно эти шаблоны сломать, и тогда многое становится проще. Часто перед нами вставал выбор — испугаться и остановиться или выйти за рамки привычного и поверить в чудо. 


МАША: — Мы с Лешей живем в Казани. Когда мы познакомились, я работала психологом в амбулаторной реабилитации, и меня пригласили на тренинг по арт-терапии в загородный ребцентр “Большие Ключи”. А Леша как раз проходил там реабилитацию. Группа была смешанной: половина — психологи, половина — пациенты. В числе группы был Леша. Я зашла, села в круг, посмотрела на него... Вот говорят, любовь с первого взгляда — это было то самое.


Это случилось три года назад в это же время, ближе к концу декабря. Им было лет по 26. И у Леши, и у Маши был опыт неудачного брака, у обоих было по маленькому сыну. И оба они об этой встрече говорят: “Я будто только что родился — прошлого не было, жизнь началась именно с этой секунды...”


МАША: — Но, конечно, его диагноз меня отпугивал и останавливал. У меня уже были отношения с наркозависимым, и для меня это теперь было неким табу. И потом, этические нормы — пусть Леша не был моим пациентом, но тем не менее. Так что начало моей любви — это сплошные страхи и переживания...


ЛЕША: — И я влюбился. Но я понимал на тот момент свой статус пациента и больного человека. Надо сказать, что была моя первая реабилитация. До этого я за 10 лет 15 раз лежал в детоксе. И ни разу ни один нарколог мне не сказал, что существует еще и реабилитация.


Кроме того, я нарисовал себе в голове, что Маша — состоявшаяся женщина, что у нее семья, дети. Муж. И то, что здесь происходит, — это только здесь, и продолжения быть не может...

 


«Я об этом мечтала, но не так же!»


МАША: — Я выросла на бардовской песне, на походах, палатках, Высоцком, классической литературе. И в моей системе ценностей самым главным всегда было то, о чем пишут в детских сказках, — “жили долго и счастливо и умерли в один день”. Для меня было высшим счастьем — найти такого человека, истинно свою вторую половинку, с которым можно будет действительно смотреть в одном направлении, чувствовать друг друга на расстоянии, понимать без слов. Я так хотела любви. Но когда я встретила Лешу и почувствовала ЭТО внутри себя, я жутко испугалась! Я просила об этом Бога. Я об этом мечтала, но не так же! Где угодно, но не в наркологии!


Причем я увидела ответную реакцию! Это читалось глазами, без слов. Во мне начали бороться специалист и женщина. И как специалист я знала, что не имею права поощрять пациента реабилитационного центра. Ему в данный момент нужно думать о выздоровлении! А я видела, что парня несет, сейчас у него сместится фокус, и он уйдет торчать. И я не имела права думать о себе, о своих желаниях.


Личного общения тренинг не предполагал, они встречались только на занятиях. И Маша с болью думала, что они могут больше никогда не встретиться. В последний день на занятиях она, не поднимая глаз, мяла пластилин и машинально слепила из него сердечко. Леша молча по ряду передал ей для него желтую пластилиновую стрелочку. После группы Маша не выдержала напряжения и заплакала. Леша спросил: “Можно тебя обнять?” Они долго стояли обнявшись, но так и не сказали о своей любви. А потом за Машей пришел автобус...


МАША: — У меня было такое сожаление: ну почему мы не встретились раньше?! При иных обстоятельствах, когда и в моей жизни, и в его еще не произошло множество всяких тяжелых событий...


ЛЕША: — Мы постояли вместе и расстались. Это было 25 декабря, канун Нового года. Следующую неделю я провел как во сне. Я все это проговаривал потом с психологом, и мне говорили, что это просто постреабилитационная “разморозка чувств”, и я зря забиваю себе голову. Но мне не хотелось в это верить, настолько все это было настоящим...


Маша цитирует Паоло Коэльо: “Когда ты чего-нибудь по-настоящему хочешь, вся вселенная начинает тебе помогать”. Леша взял Машин телефон у психолога в ребцентре и 8 января, после праздников, чтобы приличнее выглядело, позвонил ей.


МАША: — Он сказал: “Я в понедельник приду к вам на реабилитацию”. А мне так хотелось с ним открытого общения не в рамках лечения! Потому что, если он станет моим пациентом, мои обязательства как специалиста не дадут нам общаться.


ЛЕША: — Но вслух она об этом не сказала. А я ждал, что она скажет: “Конечно, приходи”.


МАША: — Я его просила. Я его умоляла: “Леша, пожалуйста. Не приходи к нам, иди на другую реабилитационную программу!”


ЛЕША: — А я это понимал: “Не приходи ко мне. Я тебя не хочу видеть”.


МАША: — Ну и приходит это чудо в понедельник. Слава богу, у нас две психотерапевтические группы, поэтому пересечься мы могли только на общих мероприятиях. Меня разрывало! С одной стороны, я была счастлива, что вот оно, это чудо, рядом, а с другой стороны, мне было безумно больно от того, что близок локоть, а не укусишь! Оно близко. И я люблю его. Но я права не имею поддерживать с пациентом неформальное общение...


ЛЕША: — Жестоко было... Я тоже понимал, что я здесь пациент и надо как-то субординацию соблюсти.


МАША: — Неделю мы упорно ее соблюдали. А потом я сказала: “Леш, ты извини, но в связи с твоим присутствием здесь ни я работать не могу, ни ты — выздоравливать”. И это взаимное истязание закончилось тем, что Леша был выписан в другую постлечебную программу, благо их в Казани еще есть две. И у меня развязались руки.

 


“Мне было плохо без тебя...”


ЛЕША: — И началась романтика! Ты спрашивала — можно ли испытывать яркие чувства после употребления наркотиков. Вот это были наиярчайшие чувства в жизни. Такой романтики не было даже в школе. Мы гуляли по улицам, танцевали среди прохожих, находились просто в другой реальности.


МАША: — Мы были похожи на двух влюбленных подростков. Мы даже не целовались, только обнимались на прощанье. Гуляли, взявшись по-детски за руки. Это было трогательно, невинно, абсолютно чисто, не опошлено взрослым, серьезным миром. День шел за год по интенсивности общения. Мы говорили обо всем. О наркотиках? ...Ты знаешь, по-моему, особо нет. И первую неделю мне было жутко страшно, что я обманулась, ошиблась, что мы оба придумали иллюзии. Мне казалось, что таких чувств и отношений не бывает.


14 февраля они обменялись кольцами в знак помолвки на крыльце Машиной работы, 25 июля поженились. На мой вопрос: “А какой Леша?” — Маша без запинки отвечает: “Он волшебный”. А Леша про Машу сказал: “Она настоящая”.


ЛЕША: — Я почувствовал, что если сейчас приму решение, то никогда не пожалею. Никогда не будет никаких упреков. И когда я начал употреблять наркотики, их не было. Была поддержка.


Без наркотиков я жил 21 месяц. А потом я стал много работать, практически не бывал дома, у меня были частые командировки. Кроме этого моя работа заключается в том, что я отстаиваю интересы людей с ВИЧ-инфекцией и наркозависимостью. И у меня было такое внутреннее несоответствие, что вот я — трезвый и чистый, у меня жена, дети, все благополучно. А люди продолжают страдать, умирать, у них ничего нет, они употребляют наркотики. И я прихожу и начинаю им говорить: “Ребята, есть выход. Давайте двигаться вместе”. Наверное, это тоже было одной из отправных точек моего срыва.


МАША: — Когда Леша сорвался, я очень сильно винила себя в том, что позволила себе эти отношения. Я считала, что если бы он не встретил в “Ключах” меня, не увидел ответные чувства, он бы выздоравливал. И Леша мне на это сказал...


ЛЕША: — Я сказал: “Моя реабилитация была последней попыткой на тот момент. Я дальше не видел смысла жизни. Я пошел в реабилитацию, чтобы найти, ради чего мне стоит жить. И нашел тебя”.

 


Леша был в срыве почти год


МАША: — Это было очень тяжело, трудно, страшно. Для меня это было шоком.


ЛЕША: — Я смотрел на нее — она умирала каждый день. Как цветок без воды. Но не уходила.


МАША: — Два года он был для меня опорой, поддержкой, мужем, другом, любовником. Плечом. Я чувствовала себя в этих отношениях женщиной. Я была именно “за мужем”! И вдруг мой сильный, любящий, внимательный, заботливый мужчина, моя опора в жизни, вдруг превратился в... разбитого, больного, неуправляемого... Для меня наркомания — это не тот стереотип, который есть в социуме. Это не распущенность и безволие, не преступление. Это тяжелая болезнь. Которая сейчас дала обострение. Но было безумно тяжело... У меня был момент полного отчаяния, нежелания жить, депрессия.


ЛЕША: — Она плакала каждый день. Я хочу сейчас сказать: Маша! Как мне было плохо без тебя, солнышко мое!


МАША: — А мне без тебя... Мы были вместе, но между нами была пропасть. Леша — это тот человек, с которым я хочу прожить всю жизнь и состариться вместе. Для меня выйти замуж — это “в болезни и в здравии, в богатстве и в бедности”. Но я понимаю людей, которые в такой ситуации прекращают отношения. Я проходила через это. Леша видел, как мне больно, и он провоцировал меня на уход. У меня были моменты, когда я думала — ну все, это край, я не могу, жизнь с человеком, у которого обострение наркомании, невыносима. Но я понимала, что уйти для меня будет еще невыносимее.
Маша вспоминает, как Леша бежал за ней босиком по улице, по лужам, когда уходила в никуда. Как она в истерике рвала их общие коллажи со стен. Как пять раз пыталась собрать чемодан. И не ушла.


МАША: —Цель лечения наркомании — это не полная ремиссия, но улучшение качества жизни. Наркомания — болезнь, которая не излечивается полностью, а лишь лечится и контролируется. Поэтому малейшее изменение в лучшую сторону — уже есть лечение. И моя цель как психолога — не добиться ремиссии, а убедить пациента поверить в себя.


ЛЕША: — И я верю в себя. И в Машу. Мы до сих пор вместе, и теперь я знаю, что она меня не оставит, что бы ни происходило. И поэтому мне не надо употреблять наркотики. И теперь мы хотим открыть свою реабилитацию, где главной ценностью будет жизнь человека, а не пресловутая ремиссия любой ценой.


МАША: — А дальше будем строить свой мир. В нем будет наша любовь, понимание, поддержка, забота, а еще книги, фильмы, музыка. Наш любимый фильм знаешь какой? “Куда приводят мечты”. Там герой говорит: “Мы проводим свою жизнь в аду, потому что не можем простить себя... Но я тебя прощаю... За то, что ты чудо. И я готов променять рай на ад, лишь бы быть рядом с тобой...”


Анастасия Кузина

Комментарии наших читателей

Добавить комментарий

Ваше имя:
Сообщение:
Отправить

Декабрь 2010

Специальное предложение

Юлия Маева "Мудрость любви"

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Книгу Владимира из пос.Михнево 

"ТЫ ОТКРОВЕНИЯ УСЛЫШИШЬ ИЗ ПОТАЕННОЙ ГЛУБИНЫ"  

Дом-Усадьба Юрия Никулина открывает свои двери! 

 

Если вы хотите оказать нам помощь в развитии сайта и нашей благотворительной деятельности - разместите наш баннер на вашей страничке!




Органайзер доброго человека

Вывезти на свежий воздух и весеннюю прогулку свою семью.
Пригласить в гости старого друга.
Позвонить маме и отцу.
Отдать книги, диски и игрушки многодетной семье.
Помочь безработному соседу устроиться на работу.
Поговорить о жизни с сыном.
Оплатить (хоть раз в год) квартиру бедного родственника.
Подарить жене цветы.
Подумать о своем здоровье.
Отдать давние долги.
Покормить птиц и бездомных собак.
Посочувствовать обиженному сослуживцу.
Поблагодарить дворника за уборку.
Завести дневник для записи своих умных мыслей.
Купить диск с хорошим добрым фильмом.
Позвонить своей любимой учительнице.
Поближе познакомиться с соседями.
Помолиться об умерших родных и друзьях.
Пожелать миру мира и любви!