Вернемся на родину!


По бескрайним просторам нашей страны разбросано свыше 140 тысяч сел и деревень. Живет в них почти 40 миллионов человек. От этих людей, от их бытия во многом зависит то, как освоена территория нашей страны, как прочно мы стоим на нашей земле. Так что ждет российскую деревню? 

 


Феномен нашего времени 


Сельское хозяйство зависит от пищевой промышленности, от торговли. Почему это происходит? Потому что пищевая промышленность оказалась одной из самых мобильных отраслей. Кушать хочется всем, всегда есть спрос. А раз есть спрос, значит, в рыночных условиях начинает возрождаться производство. Очень быстро пищевые предприятия столкнулись с дефицитом сырья, поскольку были в кризисе сельскохозяйственные производители. Сначала они пытались просто налаживать с ними контакт, но выяснялось: сегодня мяса нет, завтра мясо не того качества, послезавтра тракторист запил, еще послезавтра не убрали поле и т.д. Тогда они стали приобретать предприятия, ставить туда своих менеджеров (уже появилось новое поколение менеджеров, которые совершенно по-другому организовывали производство), вкладывать в предприятие и получать, таким образом, стабильную сырьевую базу. Вот, например, Черкизовский комбинат, трудно представить, владеет третью поголовья свиней в Подмосковье. Он постепенно скупал свиноводческие комплексы и сам инвестировал в их развитие. 
Останкинский мясокомбинат в Москве построил огромные свинокомплексы в Тропорево и идет дальше за пределы Московской области, выводит откорм свиней в Смоленскую область. Пищевая промышленность таким образом пытается контролировать и сельскохозяйственные производства, чтобы иметь стабильную сырьевую базу. Все эти процессы говорят о том, что перспективы есть. Сельское хозяйство оказалось вовсе не такой убыточной отраслью, как все время нам говорили. Более того, сельское хозяйство – отрасль прибыльная, мало в какой отрасли есть такой короткий период, вложил весной, а осенью ты уже имеешь результат. Причем вложить надо не очень много, на самом деле. Это очень скоро поняли менеджеры. Вы знаете, кто у нас самый крупный землевладелец? "Газпром", который тоже скупает предприятия. Стойленский ГОК в Белгородской области (горно-обогатительный комбинат) – тоже яркий пример. При нем начало развиваться сельхозпроизводство "Стойленская Нива". Они тоже приобретали сельскохозяйственные предприятия. Сейчас дело дошло до абсурда, в Стойленской Ниве сельскохозяйственное производство стало более выгодно, чем само горно-обогатительное. Многие торговые фирмы стали приобретать сельхоз предприятия, потому что это выгодное вложение. 


Демографическая пустыня


То, что происходит в районах Нечерноземья, - покосившиеся избы, пустые поля, даже леса, наступающие на угодья, - это типичный ужас таких деревень. Здесь, по существу доживают старики, да и что говорить, алкоголизм – привычное явление. Эта проблема действительно тяжелая. Если у нас в сельской местности в начале XX века жило 87% населения, а сейчас 27%. И будет дальше уменьшаться. Это неизбежный процесс, поскольку урбанизация в России все еще не завершена, и большие города все еще продолжают миграционно расти, притягивая к себе население. Тем не менее, происходит сильная поляризация не только экономического, сельскохозяйственного, но и социального пространства России. Т.е. население стягивается в пригороды, а в глубинных, периферийных, отдаленных районах оно уменьшается.


Перепады плотности населения колоссальны! Допустим в Костромской области, Смоленской, Ярославской у нас плотность в пригородах 25-26 человек на квадратный метр, то, всего в 100-200 километров от областного центра она может составлять 3-4, даже 2 человека на квадратный метр. А что такое сельская депопуляция? Это, прежде всего, очень длительный отбор, социальный отбор. Ведь, когда у нас весь XX век уезжали люди из села, уезжали наиболее молодые, наиболее активные, уезжали те, которые что-то хотели, поэтому и произошел, как ученые говорят, такой "отрицательный социальный отбор", когда в нечерноземных селах остались либо старики, либо люди, которым уже ничего не надо. И создается такая парадоксальная ситуация, с одной стороны, население есть, и ему надо чем-то заниматься, т.е. безработица велика, а с другой стороны все жалуются, и председатель колхоза, и фермеры, что нет надежных работников. 


Это не значит, что они вообще там не работают, тракторист может сутки работать, но он получит деньги и уйдет на неделю в запой. В общем, с этим ничего не могут сделать. Какие есть пути для таких районов? Это сложная тема. У нас была принята в 2003 году программа "Социальное развитие села" и там было два основных пункта - развитие инфраструктуры в сельской местности, т.е. строительство дорог, водопровода и прочего. И это очень важно, потому что недоступность - это тормоз развития сельской местности. В стране, которая экспортирует газ, только 30% сельских домохозяйств обеспечены газом, это позор для страны. Но обустроенность - это только одна сторона. Вторая сторона в этой программе – это привлечение людей в сельскую местность, создание новых рабочих мест. 


Это, конечно, процесс очень сложный. Надо понимать, что помимо высоких зарплат, которые могут дать молодым специалистам, им нужна определенная среда. То, что сейчас произошло с сельской местностью, это, конечно, главным образом, потеря социальной среды. Молодые специалисты, которые туда приедут, они может, и получат там дом, получат более менее приличную зарплату, но они все равно не смогут там жить. Они либо уедут, либо сопьются. Потому что должна быть некая критическая масса таких людей, для того, чтобы создать новую среду. Надо смотреть правде в лицо, и признать, что очень многие районы, там, где осталось уже совсем мало населения, по существу будут заброшены.


Наследство социализма


У нас 142 тысячи поселений, но из них в 34 тысячах осталось менее 10 человек. Что это такое? Это живут три бабушки. Еще в 68 тысячах осталось от 10 до 200 человек, т.е. это села, которые тоже во многом обречены на постепенное умирание. В сельской местности население концентрируется главным образом в центре сельсоветов. Вот центры сельсоветов имеют шанс выжить, а все остальные окружающее деревни умирают, т.к. там быстро тает население. Тает не только потому, что многие уезжают, хотя молодежь почти поголовно уезжает, тает и потому, что старое население не имеет естественного воспроизводства.
Все это приводит к тому, и мы должны это признать, что у нас освоенные пространства будут сжиматься. Они будут сжиматься постепенно, и особенно это печально в тех местах, где есть какие-то памятники, церкви, усадьбы и прочее. Тут, конечно, очень важна роль государства. В таких местах надо просто платить людям за то, что они там живут, косят поля вокруг церкви. Мы были в Каргопольском районе, там совершенно уникальные деревянные церкви, но одно дело, когда эта церковь стоит на пригорке среди скошенных лугов, а другое дело, когда ее со всех сторон обступил лес и она просто гниет и не имеет никакого вида. Вот это проблема сложная. 


Во всех остальных местах есть несколько путей развития таких территорий. Если еще есть население, то не в коем случае нельзя принимать каких-то активных действий по закрытию крупных предприятий, даже если они убыточны. Есть некоторые такие рьяные реформаторы, они очень часто говорят, что, если колхозы убыточные, их надо все закрыть. Но я уже говорила, что за многие годы сложился тесный симбиоз коллективного и индивидуального сельского хозяйства. В таких районах осталось совсем немного населения, но это население, хотя его все меньше и меньше, держит какой-то скот, оно держит свои огороды. Как только закроется колхоз, пусть даже убыточный, на поселении можно ставить крест. Это то же самое, что закрыть территорию. Хорошо, на севере есть еще какие-то альтернативные виды деятельности: рубят лес, собирают грибы, ягоды и прочее.


А в центральной нечерноземной глубинке ситуация очень тяжелая. У нас еще есть одно "наследство" социализма, которое сейчас очень тяжело сказывается – это монофункциональность сельской местности. Ведь кроме колхоза, единственного организатора пространства и всей жизни в деревне, ничего больше нет. Фермеров в глубинке, как правило, тоже нет. И когда такой колхоз исчезает, то это катастрофа для деревни. Если там остается несколько человек, то, конечно, там уже ничего не может быть. Фактически, эта деревня все равно обречена, надо смотреть правде в лицо. Другое дело, что эти люди должны жить достойно, поэтому нужны автолавки, нужна хорошая связь, нужна медицинская помощь, т.е. все это могли бы развивать региональные или районные власти, потому что такие умирающие деревни, это - самые дешевые дома престарелых. Создать нужно хотя бы элементарное обслуживание, это можно сделать даже в рамках районных центров, но для этого, конечно, нужна какая-то помощь государства. 


Это не в коей мере не относится вообще к сельской местности, потому что, как я уже сказала, у нас есть вполне жизнеспособное село на юге, у нас есть крупные поселения и в Нечерноземье, и в Сибири. Население все равно концентрируется в этих крупных селах, и они выживут, и будут жить, и там будет сельское хозяйство. А вот в таких мелконаселенных районах ситуация гораздо сложнее. В селах, где более 500 человек, довольно крупных селах, живет 71% сельского населения России. Такие села вполне жизнеспособны, они выживут и не надо то, что я говорила о мелконаселенных районах относить к сельской местности вообще.


Что делать?


Те места, откуда уходит сельское население и откуда уходит сельское хозяйство, они, тем не менее, все равно частично заселяются, но они заселяются людьми другого типа – дачниками. Зоны дачного освоения территорий жителями Москвы и Петербурга уже сомкнулись на юге Псковской и Новгородской областей, захватив огромный регион. Мы недавно были в Смоленской области, там полно дачников, особенно на реке Угре. Казалось бы, даже не в соседней с Московской в Костромской области, в 600 километрах от Москвы, полно дач. 


Что такое дачники? Они, конечно, не сохранят сельское хозяйство, поля будут зарастать, территории все равно будут сжиматься, но они сохранят деревни, они сохранят дома. Они дадут стимул частному хозяйству тех жителей, которые там остались, потому что дачники нуждаются в продуктах, особенно в таких удаленных районах. Они дадут стимул появлению там отдельных фермеров, может быть даже не из этого района. Может быть, в этом районе уже и нет людей, которые захотят стать фермерами, но туда приедут из других районов. Потому что есть спрос на их продукцию. Таким образом, эти территории останутся в живых, но они станут другими. Надо сказать, что вот в этом плане к дачникам относятся очень пренебрежительно. Считается, что вот, какое-то население приехало, уехало, что нам от него? Я считаю, что государство всеми силами должно поддерживать это явление, потому что это единственный способ сохранить огромную территорию, сохранить деревню, сохранить, иногда даже старые уникальные дома, которые у нас есть на Севере, в Черноземной глубинке, живыми. Пусть даже один сезон в год. Более того, есть даже тенденция выезда дачников и на круглый год.


Вот пенсионеры, они сдают свои московские квартиры и уезжают жить в деревню. Этих людей было бы больше, если бы были дороги, если бы было снабжение хорошее в этих деревнях, не закрывались магазины, если бы ходили автобусы, вот это все задача властей. 


Татьяна Нефедова, 

кандидат географических наук

Комментарии наших читателей

Мстислав Георгиевич, пенсионер 3088 дней назад в 21:39:44
Нельзя, чтобы земля пустовала, это будет уже ничейная земля, не наша. Не ваша. Запустить в нее тех, кто любит свой край даже, если приедут из других регионов мира наши бывшие соотечественники.

Добавить комментарий

Ваше имя:
Сообщение:
Отправить

Май 2009

Специальное предложение

Юлия Маева

ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

Книгу Владимира из пос.Михнево 

"ТЫ ОТКРОВЕНИЯ УСЛЫШИШЬ ИЗ ПОТАЕННОЙ ГЛУБИНЫ"  

Дом-Усадьба Юрия Никулина открывает свои двери! 

 

Если вы хотите оказать нам помощь в развитии сайта и нашей благотворительной деятельности - разместите наш баннер на вашей страничке!




Органайзер доброго человека

Вывезти на свежий воздух и весеннюю прогулку свою семью.
Пригласить в гости старого друга.
Позвонить маме и отцу.
Отдать книги, диски и игрушки многодетной семье.
Помочь безработному соседу устроиться на работу.
Поговорить о жизни с сыном.
Оплатить (хоть раз в год) квартиру бедного родственника.
Подарить жене цветы.
Подумать о своем здоровье.
Отдать давние долги.
Покормить птиц и бездомных собак.
Посочувствовать обиженному сослуживцу.
Поблагодарить дворника за уборку.
Завести дневник для записи своих умных мыслей.
Купить диск с хорошим добрым фильмом.
Позвонить своей любимой учительнице.
Поближе познакомиться с соседями.
Помолиться об умерших родных и друзьях.
Пожелать миру мира и любви!